загрузка...

    Реклама

* * *

Лукас прибыл на место встречи через восемнадцать минут. На стоянке перед ресторанчиком никого не было. Внутри, склонившись над остатками еды на картонной тарелке, одинокий посетитель потихоньку тянул кофе. Уборщица мыла пол. Когда вошел Дэвенпорт, ока оглянулась. Девушка за кассой, наверное, студентка университета, натянуто улыбнулась.

— Мне кока-колу, — сказал Лукас.

— Что-нибудь еще?

Настороженность не прошла. Лукас вдруг понял, что в своей черной кожаной куртке, джинсах и сапогах, да еще небритый он выглядел угрожающе.

— Да успокойся. Я полицейский.

Он улыбнулся, достал свой значок из кармана рубашки и показал девушке. Она тоже улыбнулась.

— У нас здесь бывают проблемы.

— Налеты?

— Да, в прошлом месяце и в позапрошлом тоже. Четыре месяца назад было два нападения. Здесь вокруг крутится шпана на мотоциклах.

Когда вошел полицейский, Лукас его тут же узнал. Седоволосый, на нем была легкая бежевая куртка и коричневые брюки. «Рой, — вспомнил он. — Гарольд Рой. Давно служит в полиции. Ему уже скоро на пенсию».

Рой огляделся, шагнул к стойке, взял кофе и подошел к нему.

— Это вы? — спросил Лукас.

— У тебя передатчик?

— Нет.

— Если он есть, то ты загонишь меня в ловушку.

— Согласен. Но у меня его нет.

— Говори мне о моих правах.

— Не буду.

— Гм. Знаешь, все это ерунда, — сказал Рой, отхлебнув кофе. — Если ты будешь официально давать свидетельские показания, ты ведь можешь сказать совсем другое.

— Не будет никаких свидетельских показаний, Гарри. Я ведь мог бы прямо сейчас отправиться к Даниэлю и сказать: «Это сделал Гарри Рой». И через три дня отдел внутренних расследований состряпал бы дело. Ты ведь знаешь, как это делается, когда известно, откуда начинать.

— Да.

Рой напряженно огляделся вокруг и покачал головой.

— Господи, как мне это противно.

— Так рассказывай.

— Я мало что могу рассказать. Я посчитал, что этот пистолет уже никому не понадобится. Никто не хватится его и через миллион лет. Недалеко от меня жил человек по имени Лэрри Райс, мы выросли вместе. Он был рабочим по техническому обслуживанию в муниципальной службе. Я его часто видел в мэрии. Может быть, ты и сам его видел. Грузный мужик. Он еще хромал. Все время носил такую кепочку.

— Да, я его помню.

— Так вот, он постепенно умирал от рака, медленно угасал. Болезнь поднималась снизу вверх. Вначале он не мог ходить, потом уже не мог контролировать мочеиспускание. Жена его работала, а он сидел дома. Однажды местные панки пришли к нему в дом и вынесли телевизор и стереомагнитофон, прямо у него на глазах. У него было кресло-коляска, но он же не мог с ними драться. И опознать их он тоже не мог, они надели на головы бумажные пакеты... Просто мерзавцы.

— И поэтому ты достал для него пистолет?

— После того как это случилось, его жена пришла к моей жене и спросила, может быть, у меня найдется запасной пистолет. У меня не было. Я не помешан на оружии, как некоторые. Ты, знаю, увлекаешься, а я нет.

— Ладно.

— Потом я отправился в камеру хранения. Я знал про этот пистолет, потому что сам работал с этим делом. Вот я и решил, что он навряд ли когда-нибудь снова понадобится.

— И ты его взял.

Рой отпил кофе.

— Да.

— И этот Райс...

— Он умер. Два месяца назад.

— Черт! А его жена?

— Она живет все там же. Сегодня, после того как ты с нами разговаривал, я зашел к ней, чтобы узнать про пистолет. Она сказала, что понятия не имеет, где он, поискала, но не нашла. Сказала еще, что за последние две недели перед смертью Лэрри продал целую кучу личных вещей, чтобы собрать ей деньги. Он беспокоился, что не сможет ей ничего оставить. По ее словам, после его смерти осталось около тысячи долларов.

— Она не знает, кто купил пистолет?

— Нет. Я спрашивал ее, кому он продавал вещи, и она сказала, что его покупателями были, в основном, знакомые и друзья. Он вывешивал в окне маленькое объявление о распродаже. Кто шел мимо, тот и видел это объявление. Вот и все.

Рой протянул ему через стол бумажку.

— Я ей сказал, что ты захочешь с ней увидеться. Вот адрес.

— Спасибо.

Лукас допил свою коку.

— Что теперь будет? — спросил Рой.

— Теперь ничего. Если ты говорил правду.

— Это правда, — ровным голосом произнес Рой. — Я чувствую себя абсолютным дерьмом.

— Это останется без огласки и дальше этого стола не пойдет, хотя я думаю, что если понадобятся официальные свидетельские показания от миссис Райс, то кто-нибудь может и догадаться. Но все равно ничего не будет.

— Спасибо тебе. Я у тебя в долгу.

загрузка...