загрузка...

    Реклама

ГЛАВА 24

Когда на тебя направлен пистолет, то любые слова его обладателя кажутся тебе очень важными, их нельзя проигнорировать ни при каких условиях. Гасанов не стал игнорировать слова незнакомца, увидев направленное на него дуло, и полез в автомобиль. Грек, несколько мгновений соображавший, стоит ли ему ввязываться в эти игры, тем не менее не стал уклоняться и по приказу сидевшего на заднем сиденье владельца пистолета обошел автомобиль и сел рядом с водителем, с правой стороны. Почти сразу «фиат» рванулся с места и, набирая скорость, понесся вперед. И только тогда Гасанов спросил:

— Как это понимать?

— Молчите, — сурово приказал сидевший рядом с ним похититель, — когда приедем на место, вы все узнаете.

— Может, вы объясните, в чем дело?

На этот раз его вопрос был просто оставлен без внимания.

По-русски Гасанов говорил с некоторым акцентом. Он впервые подумал, что это могут быть грабители. Но потеря десяти или пятнадцати тысяч долларов не могла быть для него серьезным ударом. Может, этих людей прислало нынешнее руководство республики? И они хотят вернуть их на место, обратно в тюрьму? Нет, тоже не похоже. Тогда не прислали бы двоих людей. И, кроме того, это явно не его земляки. А такое важное дело не доверили бы чужим. Он замолчал и откинулся на спинку сиденья. Непонятно. Что им от него нужно? И откуда они знают его фамилию? Сидевший впереди Ионидис не поворачивал головы. Он будто смирился со своим похищением. Гасанов даже подумал, не мог ли грек организовать подобную акцию? Но тут же отбросил эту мысль. Они не разлучались ни на минуту, и грек просто не мог продумать и организовать все это за полминуты, когда он отлучался в туалет. А все остальное время они были вместе.

Помолчав еще минут десять и увидев, что его похитители не расположены к разговорам, а грек молчит, Гасанов снова не выдержал:

— Слушайте, может, вы ошиблись? Я гражданин России, куда вы нас везете в конце концов?

— Мы знаем, какой ты гражданин, — вдруг сказал похититель, — все про вас знаем. Поэтому лучше молчи, здоровее будешь.

Гасанов растерялся. Может, это действительно специальная бригада захвата прибывшая за ним из Баку. Как глупо они попались. А этот грек — просто кретин, сидит себе на переднем сиденье, кажется, даже закрыл глаза. Ударил бы водителя, чем-нибудь тяжелым по голове, может, у них появился бы шанс. Хотя где ему взять это тяжелое? Кроме того, второй из похитителей сидит сзади с пистолетом в руках и вполне сможет сделать дырку в голове отважного грека. Похоже, тот прав, что ничего не делает. Придется ждать, пока они приедут на место. Единственное, что несколько утешает, это то, что их не убили сразу на месте. Значит, убивать не хотят, это точно. Приятно иметь дело с благородными людьми. Может, это просто бандиты и вымогатели? Тоже не подходит — слишком уверенные взгляды и военная выправка. Нет, похоже эти ребята все-таки выполняют чье-то задание.

Они просидели весь оставшийся путь молча. Все удовольствие от выпитого вина и водки давно улетучилось. Гасанов, понявший, что никто не собирается ему ничего объяснять, уже смирился с самым худшим и подсчитывал, в какую сумму ему может обойтись новая отсидка. Платить нужно было за все — за сигареты, за свидания, за хлеб, за еду, за новую одежду. Он зло отвернулся к окну. Так обидно попасться, и в первый же день. Но почему их везут так далеко? Для этого достаточно было просто доставить их в азербайджанское посольство. Оно ведь находится прямо за зданием Моссовета. Может, это действительно какие-то чужие похитители, просто увидели хорошо «упакованных» ребят, выходивших из Петровского пассажа, и решили заработать. Тогда можно будет договориться. И почему этот грек все время молчит?

Они въехали во двор какого-то строения, и у него окончательно испортилось настроение. Может, нынешние правители его республики решили, что не стоит привозить столь неприятного беглеца обратно в Баку. Может, его просто ликвидируют прямо здесь, на месте. Нет, этого быть не может. На такой скандал никто не пойдет. Хотя, почему не пойдет? Кто он такой? Тоже мне диссидент. Типичный воришка и мелкий делец. Гасанов даже всхлипнул от такой характеристики, которую дал сам себе в порыве откровенности. Но минутная слабость прошла, и он, уже выпрямившись на заднем сиденье, нахмурился. Кто посмеет убить его — Мурада Гасанова, крупнейшего финансиста, промышленника, депутата, правда, разогнанного, но все-таки Верховного Совета республики?

— Выходите из машины, — сказал его похититель.

Рядом с машиной уже стояли двое. Гасанов обратил внимание, что все они были довольно молодыми людьми. С хорошей выправкой и спортивными фигурами. Ионидис тоже обратил на них внимание. Как и Гасанов, он пытался вычислить, кто и зачем их похитил. Как и Гасанов, он не понимал, куда их везут. Но предпочитал молчать, зная, что в подобных случаях лучше не нервировать своих похитителей.

Они вышли из автомобиля и, войдя в старый дом, поднялись на второй этаж. Их ввели в комнату, где стояли два стула, и разрешили сесть. Напротив стоял стол с тремя стульями.

«Господи, — снова испугался Гасанов, — неужели они будут судить нас прямо здесь?»

За их спинами стояло двое людей, один из которых был их похититель. В комнату стремительно вошел седой человек невысокого роста с какой-то комичной бородкой и длинными усами. На носу большие толстые очки. Именно на носу, они все время спадали вниз.

Старичок удобно устроился за столом, поправил очки и неожиданно спросил сильным красивым голосом:

— Как вы себя чувствуете, господа?

— Очень плохо, — сразу ответил Гасанов, — почему нас арестовали? На каком основании?

— Вас не арестовали. Вас просто попросили приехать сюда.

— ч Наставив на нас пистолет, — напомнил Гасанов.

— Иначе вы могли отказаться, — улыбнулся его собеседник.

— И правильно бы сделали. Кто вы такой? Почему вы нас арестовали? — перешел на крик Гасанов.

Дав ему возможность покричать, старичок обратился к его напарнику:

— А вас, господин Пападопулос, не интересуют мотивы задержания? Или будет лучше, если я буду называть вас «господин Ионидис»?

Этого было достаточно, чтобы грек сразу оценил ситуацию. Вычислить его имя не смогли за шесть месяцев в Баку. Не помогли даже запросы во Францию и в Турцию. А этот человек назвал его настоящее имя таким спокойным будничным голосом, , словно сказал нечто само собой разумеющееся. Так просчитать ситуацию мог специалист только высочайшего класса. В мире были две-три разведки, которые способны вычислить его настоящее имя. ЦРУ, МОССАД, КГБ? Но ведь КГБ уже не существовало. Увидев этого старичка, Ионидис подумал, что КГБ восстановили за время его пребывания в тюрьме.

— Называйте меня первой фамилией, — попросил Ионидис, — чтобы не слишком смущать вашей осведомленностью.

— Договорились, — улыбнулся старичок, — а теперь поговорим с вами, господин Гасанов. Я ведь не ошибся? Вы, Мурад Гасанов, бывший депутат бывшего Верховного Совета, бывший заместитель министра местной промышленности, руководитель сети подпольных цехов от Махачкалы до Ленкорани. Основатель коммерческого банка «Вахтад», имеете несколько своих ресторанов, связи с Украиной и Узбекистаном. Перечислять все?

— Не надо, — растерянно произнес Гасанов. «Эти паразиты знают обо всем даже лучше моей жены», — с ужасом подумал он.

— Мы хотели поговорить с вами, господин Гасанов, — предложил незнакомец с таким неприятным объемом информации.

— Что вам нужно?

— Нам нужна ваша помощь.

— Помощь? — вытаращил глаза Гасанов. Это было совершенно неожиданно. — Какая помощь? — спросил он растерянно.

— Вы знаете Керима Алиева?

— Какого Алиева? Это достаточно распространенная фамилия в Баку.

— Нет, он не из Баку. Он житель Москвы.

— Керима Измаиловича? — понял Гасанов. — Да, я его знаю. Ну и что?

— Скульптора Рафаэля Багирова вы тоже знаете?.

— А кто его не знает, — оживился Гасанов, — его знает весь мир. Он известный скульптор, часто — по телевизору показывают.

— И глава мафии, — сказал этот неприятный старичок.

— Не понимаю, о чем вы говорите, — быстро среагировал Гасанов. Не хватало ему неприятностей со своими бандитами. Пусть сами разбираются.

— Вы не ответили на вопрос. Вы его лично знаете?

— Знаю, конечно. Ну и что?

— Мы хотели бы связаться с ним через вас. Чтобы вы с ним поговорили.

— Прямо здесь?

— Нет, здесь вы не сможете, к сожалению. Он сейчас не в Москве. Недавно на него было покушение, и он лежит, раненный, в Лондоне. Вернее, в одном маленьком городке под Лондоном.

— Какое покушение? — изумился Гасанов. — На Рафаэля Мамедовича было покушение? Его хотели убить?

— В него стреляли из гранатомета. Вернее, в его автомобиль. И он чудом остался жив.

— Господи, когда это было?

— Примерно неделю назад. Не волнуйтесь, он жив, здоров. Сейчас поправляется.

— Кто покушался, нашли?

— Нет. Поэтому мы вас и побеспокоили.

— Я должен искать этих нападавших? — разозлился Гасанов.

— Конечно, нет, — усмехнулся старичок, — нам нужно от вас нечто совсем другое. Вы должны с ним поговорить по телефону. Прямо сегодня, сейчас.

— И что я ему скажу?

— Это уже второй вопрос. Сначала мы должны получить ваше согласие.

— Предположим, что я согласился.

— Такой ответ нас не устраивает.

— Хорошо, я согласен. Что я должен сказать?

— Просто поговорить с ним, спросить о его здоровье и самочувствии.

— И все?

— Почти. Потом вы передадите трубку мне.

— И что вы ему скажете? Старичок улыбнулся.

— Я найду, что ему сказать.

— Но почему вы не звоните сами?

— Нам важно, чтобы был достаточно серьезный человек, которого он знает. Тогда мы сможем с ним поговорить. Иначе он воспримет наш разговор как неудачную шутку. А вам он поверит безусловно. Вы ведь с ним даже родственники. Кажется, ваша супруга его троюродная сестра?

«Господи, они и это знают!» — с испугом подумал Гасанов и спросил: — Что потом вы сделаете с нами?

— Вы сможете уехать к себе домой. Вместе со своим другом. Мы не вмешиваемся во внутренние дела вашего суверенного государства.

— Кто это мы? — вдруг спросил грек. Впервые за все время разговора он нарушил молчание.

Старичок улыбнулся и, снова поправив очки, сказал:

— Мы это мы. Большего вам знать не обязательно. Вам повезло, Пападопулос, на этот раз вы попались на их территории. Постарайтесь больше не появляться в России, иначе у вас будут крупные неприятности.

— Обязательно учту ваше предостережение, — угрюмо кивнул грек.

— Вы согласны? — снова спросил старичок.

— Согласен, — вздохнул Гасанов, — вы правда ничего больше не хотите?

— Правда не хотим. Идемте в другую комнату. Гасанов встал и пошел за стариком в соседнюю комнату. При этом один из стоявших за спиной охранников двинулся за ним. В помещении, куда они вошли, стояло несколько столов и стульев.

— Сейчас принесут телефон, садитесь, — предложил незнакомый старичок Гасанову.

Тот сел на соседний стул и спросил:

— Как вас зовут?

— Можете называть меня Петр Савельевич, — разрешил старичок.

В комнату внесли телефон. Это был телефонный аппарат, предназначенный для спутниковой связи.

— И не забудьте сказать, — вдруг добавил ласковый старичок, — что его деньги в полной сохранности лежат в австрийском банке.

И протянул телефон Гасанову.

— Откуда вы знаете про деньги? — прохрипел Гасанов. Это был их самый большой секрет. Более полумиллиона долларов перевел тогда Багиров через Гасанова и его банк в Австрию. Об этом не должен был знать никто. Ни один человек, кроме них двоих. И именно на деньги Багирова был организован побег Мурада Гасанова. Но этот неприятный тип, похоже, знал все.

Петр Савельевич набрал номер и протянул трубку Гасанову:

— Можете поговорить. Гасанов взял трубку.

— Слушаю вас, — раздался женский голос.

— Кто говорит? — спросил Гасанов

— Кто вам нужен?

— Это говорит Мурад Гасанов. Мне нужно поговорить с Рафаэлем Мамедовичем Багировым.

— Сейчас передам ему трубку, — сказала девушка, и почти сразу раздался характерный уверенный голос Багирова:

— Мурад, это ты?

— Да.

— Ты откуда говоришь?

— Из Москвы.

— Значит, все в порядке? Добрались благополучно? Я просил ребят проконтролировать российских пограничников. Там война идет, мало ли что.

— Спасибо, — чуть не поперхнулся Гасанов, — я тут хотел о здоровье твоем узнать.

— Все в порядке. Скоро вернусь домой в Москву. Ты только смотри не подставляйся. Сиди смирно. Никаких дел больше с оппозицией иметь не нужно. Иначе второй раз не вытащу.

— Да, конечно.

— Как там наши дела в Австрии? — спросил сам Багиров.

— Должно быть все в порядке. Я пока не проверял. Только приехал.

— Ты проверь. Это самое важное.

— Обязательно. Рафаэль… — позвал родственника Гасанов непослушными губами. Он знал мстительный и жестокий характер Багирова.

— Говори, я тебя хорошо слышу.

— Тут с тобой поговорить хотят.

— Кто хочет? Ты откуда говоришь?

— Петр Савельевич с тобой хочет поговорить.

— Какой Петр Савельевич? Ты с ума сошел, Мурад, или напился от радости?

Гасанов обреченно передал трубку стоявшему рядом человеку. Тот начал очень доброжелательно.

— Здравствуйте, Рафаэль Мамедович.

— С кем я говорю? — ледяным голосом спросил Багиров.

— Петр Савельевич. Мое имя вам ничего не говорит. Можете не беспокоиться. Наш разговор невозможно прослушать.

— А почему я должен беспокоиться? — сразу спросил Багиров, даже в больнице не потерявший своей мгновенной реакции.

— Вы слышали что-нибудь о группе «Феникс»? — уточнил вдруг Петр Савельевич.

В Лондоне наступило молчание. Долгое молчание.

— Что вы хотите? — спросил Багиров.

— Нам, нужны списки вашего знакомого. Вы знаете, о ком я говорю, — сказал Петр Савельевич.

— Знаю. Но их у меня нет.

— Они у вас. Мы знаем, что было сделано две копии списков. Первую передали вам, а вторую… Вы ведь знаете, у кого она была.

— Кто вам сказал?

— Мы же понимаем друг друга. Не нужно играть в кошки-мышки. А цену мы заплатим неплохую. Ваш австрийский счет. Кажется, там полмиллиона?

— Скажите ему, что это не я вам сказал, — сразу закричал напуганный Гасанов.

— Это нам сообщил не Мурад Гасанов, — сжалился Петр Савельевич.

— Догадываюсь, у вас и свои источники совсем неплохие. Что вы с ним хотите делать?

— Отпустить. Он нам не нужен.

— Списки лежат в Москве.

— Мы понимаем. Но где именно?

— Вы гарантируете мне сохранность счетов?

— И не только в Австрии. В Турции и в Финляндии тоже.

— У вас хорошо поставлена информация, — мрачно заметил Багиров, — вам нужно работать в справочном бюро.

— Вы согласны?

— Когда вам нужны эти списки?

— Немедленно. Скоро начнутся выборы.

— Понимаю. Но у меня только копия. На самом деле первый экземпляр находится … в общем, у того человека. Вы сами знаете, у кого. Вернее, он у него был.

— Мы все знаем, Рафаэль Мамедович. Но этот экземпляр исчез. Его увез помощник погибшего в другой город. И мы не можем его найти.

— Вы же все можете.

— Как видите, не все.

— Хорошо, — тяжело произнес Багиров, — наверное, вы правы. Иначе мне не дадут здесь спокойно лежать.

— Вас достанут с другого конца света, — ласково подтвердил Петр Савельевич, — и если не мы, то другие. У вас нет никаких шансов. Не поможет никакая охрана.

— Я это знаю.

— Значит, мы договорились?

— Да.

— Где нам забрать документы?

— Я вам перезвоню завтра утром. Дайте ваш телефон, — попросил Багиров.

— Только обязательно позвоните, — попросил Петр Савельевич, аккуратно продиктовав свой московской номер, — иначе начавшиеся неприятности мы просто не сможем остановить.

— Не надо меня пугать. Я не из пугливых.

— Я знаю.

— Передайте трубку Мураду Гасанову.

— Он просит вас, — передал трубку Гасанову Петр Савельевич. Гасанов взял трубку.

— Я ничего им не говорил. Клянусь тебе.

— Знаю. Слушай, Мурад, ты сегодня должен найти Керима. Пусть мне позвонит. Только срочно. Скажи ему, что я разрешил вскрытие. Ты меня понял?

— Конечно, понял. Найду обязательно.

— Хорошо. Ты остаешься в своей квартире?

— Да, конечно.

— Вечером я позвоню. Узнаю, как твои дела. Ты не бойся, они тебя обязательно отпустят.

— Спасибо, Рафаэль, спасибо, дорогой.

— До свидания.

Гасанов отключился и, положив трубку, вытер тыльной стороной ладони потный лоб.

— Вы с ним договорились? — спросил Петр Савельевич.

— Кажется, да. Он мне вечером позвонит домой, чтобы убедиться в моей безопасности, — торопливо добавил Гасанов, — вы меня должны отпустить, как обещали, иначе он все узнает.

— Конечно, мы вас отпустим. Вы можете уехать прямо сейчас. Мы вас даже отвезем домой, если хотите.

— Не хотим. Вы нас только на шоссе подбросьте, а дальше мы сами доберемся.

— Проводите этого господина, — разрешил Петр Савельевич сопровождавшему Гасанова молчаливому охраннику, — и отпустите его напарника. Они свое уже отсидели.

Когда за вышедшими захлопнулась дверь, он аккуратно снял парик, убрал очки, спадавшие на нос, отклеил бороду и усы. В комнату вошел еще один незнакомец. Он спросил у «Петра Савельевича»:

— Багиров согласился?

— Как только услышал про «Феникс» — сразу.

— Слушай, а если действительно в это дело вмешается настоящая группа «Феникс»? Что мы будем делать тогда?

— Не сходи с ума. И не задавай мне глупых вопросов. Сейчас главное для нас получить списки Баранникова.

загрузка...